Наталья Федорова: «Команда прежде всего»

Незадолго до Нового года парусная общественность узнала, что в отставку подал Андрей Старцев – главный тренер олимпийской сборной страны. Новым главным тренером была назначена Наталья Федорова, организатор матч-рейсовой регаты «Паруса Белых ночей» и до недавнего времени директор Национальной академии парусного спорта. Мы взяли у Натальи небольшое интервью, чтобы понять: каково это – заменять коней на переправе?

Беседовал Артур Гроховский

Yacht Russia: Наталья, первый вопрос очевиден – до Олимпиады осталось полгода, есть ли шанс что-то изменить в подготовке и настроении сборной?

Наталья Федорова: Да, времени практически не остается. Сейчас у нас три лицензии (в мужском и женском «470» и в женском RS:X), а в одном классе (это 49FX) мы вообще не представлены. Есть еще одна лицензия (мужской RS:X), с которой очень сложная ситуация. Фактически она нами завоевана, но сделавший это спортсмен Максим Оберемко – крымчанин, то есть бывший украинец. Сейчас продолжается обсуждение этой ситуации – имеет ли права сборная России воспользоваться данной лицензией или нет? По последним сведениям, этот вопрос будет решаться за закрытыми дверями МОК в конце февраля, но дело может затянуться и до июня. Мы не очень рассчитываем на положительное для нас решение, поэтому готовим «план Б» в лице Андрея Загайнова, надеясь, что он сможет для нас эту лицензию подтвердить (вернее, заново взять). Он в шаге от нее, перед ним только один серьезный конкурент. Для меня же сейчас главное – Пальма-де-Майорка, Кубок принцессы Софии, это последняя регата, на которой еще разыгрываются олимпийские лицензии. Борьба там ожидается жесточайшая, настоящая драка, много жестче, чем во время первого отбора на лицензии в Сантандере. Для многих спортсменов гонки на Пальме – это последний шанс поехать на Олимпиаду. Причем не просто на эту Олимпиаду, а на Олимпиаду вообще – ведь есть немало гонщиков, которые если не попадут на Игры в Рио, уже не попадут на них никогда. Это яхтсмены, которым пришла пора определяться – либо продолжать карьеру, либо уходить в тренеры, либо вообще менять род занятий. В общем, победы на Пальме будут буквально выгрызать зубами.

YR: В каких классах нашим спортсменам реально взять лицензии?

Н.Ф.: Реально, как я уже сказала, добиться лицензии в мужском RS:X, а в классе Nacra 17 Сергей Джиенбаев идет сразу за «лицензионным полем», все его соперники лицензии уже взяли, так что его шансы весьма велики. Кроме того, некоторые континенты этот класс не развивают, так что борьба за лицензию здесь полегче. В классе 49er прямо сейчас проходит чемпионат мира. Когда журнал выйдет из печати, уже будут ясен текущий уровень наших ребят. Здесь у нас позиции слабее, лицензия разыгрывается всего одна, за неепомимо российских спортсменов будут бороться еще два-три сильных экипажа. Мы здесь рассчитываем на экипаж Калиничева/Карачева, остальные наши ребята послабее. В классе «Финн» Аркадий Кистанов на этапе Кубка мира в Майами взял бронзу, так что хорошие шансы на лицензию вижу и здесь. Хуже ситуация в «Лазерах». Весь прошлый год все говорили, что уж тут-то мы точно возьмем лицензию, однако на деле все оказалось не так просто. С введением нынешней системы распределения лицензий ситуация в «Лазерах» (и в мужском, и в женском) сильно осложнилась. Сейчас за единственную оставшуюся лицензию и у мужчин, и у женщин будут сражаться по пять-шесть довольно сильных спортсменов. В мужском классе мы рассчитываем на Сергея Комиссарова, у женщин надеемся на Елену Воробьеву, но ей будет очень трудно, конкуренция среди женщин огромная. Повторюсь, наиболее вероятны лицензии в классах RS:X(мужчины), Nacra 17, «Финн». В остальных классах завоевать лицензии вероятность меньше, но мы и их не сбрасываем со счетов.

Читайте также  Fazisi, made in USSR. Четверть века знаменитой яхте

YR: Как ты собираешься работать со сборной? Ты классный менеджер, но ведь у тебя нет тренерского опыта?

Н.Ф.: Опыта нет, но образование есть. Пока я работала директором Парусной академии, я закончила университет имени Лесгафта как раз по специальности «парусный тренер». К слову, это было первое, что я сделала, придя в Академию. Так что проблем с теорией нет, но я не практик-тренер, это правда. Вместе с тем я считаю, что главному тренеру сборной и не надо быть практикующим тренером: как показало наша недавнее прошлое, это только во вред общему делу, так как появляются персональные интересы, не работающие на подготовку сборной в целом. Что касается работы с командой, то первое, что я считаю необходимым сделать, это четко ее структурировать. Сейчас это не команда, в нормальном понимании этого слова, это пока только лишь группа людей, которая еще довольно плохо управляется. Каждый, как я вижу, хочет и готов работать, но в команде нет четкого понимания персональных задач и должностных обязанностей. Например, роль старших тренеров классов размыта, особенно у тех классов, которые получают небольшое финансирование от Минспорта. Это привело к тому, что к реальной работе старшие тренеры привлекались достаточно нерегулярно. Система была поставлена так, что спортсмены (особенно в основной сборной) тренируютсяиндивидуально, со своими личными тренерами. Поэтому наша сборная, как тот мед, она вроде бы и есть, а вроде бы ее и нет. Все работают по одиночке, общих мероприятий не проводится, так что моя первостепенная задача – сборную снова сделать сборной, чтобы это была прежде всего команда. Да взять хотя бы то, в каком виде стоит наша команда на построениях и церемониях – черт знает в чем! Австралийскую, американскую, новозеландскую сборную узнаешь сразу, а нашу – еще попробуй догадайся, что это она. А ведь экипировку государство спортсменам выдает, куда она потом девается – вот вопрос. Придется начинать подтягивать дисциплину и наводить порядок вот с таких вот мелочей. Как офицеру в роте новобранцев. И наладить структуру функционирования команды, чтобы старшие тренеры классов стали бы их идеологами. Цепочка должна быть такая: спортсмен – личный тренер – старший тренер класса – главный тренер сборной. Сейчас даже по мелким вопросам гонщики и личные тренеры звонят мне напрямую, а это неправильно. Кроме того, но это уже работа на перспективу, я хочу привнести научную базу в отечественный парусный спорт. Для гонок на высочайшем уровне, на уровне топ-10, условно говоря, яхтсмену недостаточно просто набирать объемы нахоженности на воде. Нужны знания – о технике, о метеорологии, о медицине (я не допинг имею в виду), сейчас это уже очевидно для всех, но в российский парус понимание необходимости таких серьезных перемен приходит медленно. Я считаю своим долгом это изменить. Только после этого мы сможем качественно улучшить нашу подготовку, что должно привести к более высоким результатам.

Читайте также  Александр Ф. Скляр. На перекрестке ста пятнадцати морей

YR: Как будет проводиться отбор гонщиков, которые поедут защищать честь страны в Рио в тех классах, где мы взяли лицензии? Есть ли у тебя уверенность, что поедут самые сильные, а не самые «нужные»?

Н.Ф.: В классах, где спортсмены уже взяли лицензии, никаких проблем быть не может. Поедут сильнейшие: Стефания Елфутина в RS:X, экипаж Павла Созыкина/Дениса Грибанова в мужском 470, экипаж Алисы Кирилюк/Людмилы Дмитриевой – в женском 470. В тех же классах, где лицензий у нас еще нет (но они могут быть!), ни один из потенциальных членов сборной не выполнил требования разработанных критериев отбора. Поэтому решать, кто из них поедет в Рио в случае получения лицензии, скорее всего, будет специально созданный экспертный совет ВФПС – здесь тоже будет все прозрачно. С аккредитациями для сопровождающих лиц на Олимпийские игры в этот раз все очень жестко. Их всего три. Три! На всю сборную. Эти аккредитации получат личные тренеры спортсменов в классах 470 и RS:X плюс специалист по правилам, это необходимо.

YR: А за чей счет гонщики поедут на Олимпиаду?

Н.Ф.: За государственный. Минспорт России уже подтвердил выделение денег для тех спортсменов, которые взяли лицензию. Для тех, кто, возможно, возьмет ее на Пальме, тоже обещают найти деньги, хотя это и непросто: выделенная «Газпромом», спонсором команды, сумма «сгорела» на счетах одного «проблемного» банка, шансов вернуть эти деньги, как говорят чиновники, практически нет.

YR: Значит, «туристов» не будет, поедут только сильнейшие гонщики, государство оплатит им все расходы, а каков будет результат? Если ли шансы хотя бы на одну медаль?

Н.Ф.: Я думаю, да. Вся «тройка» участников, уже взявших лицензию, достойна медалей.  Стефании Елфутиной и экипажу Павла Созыкина и Дениса Грибанова уже удается брать медали на самых серьезнейших регатах, и это позволяет рассчитывать на высокий результат и на Олимпиаде. В женской «семидесятке» результаты чуть ниже, все же Алисе в первую тройку мира прорываться пока не удается, но ее стабильные результаты в топ-10 могут преподнести «приятный сюрприз».

Читайте также  С Победой!

YR: Ты уже задумывалась, чем будешь заниматься после Олимпиады?

Н.Ф.: Пока даже не загадывала. Но мыслей о том, что можно сделать с нашей сборной в результате продолжительной работы – то есть, после Олимпиады – уже накопилось немало. Но сейчас все мысли сосредоточены на Олимпиаде, так что предлагаю вернуться к этому разговору в сентябре.

Опубликовано в Yacht Russia №3 (83), 2016 г.