Аляска по правому борту

Парус здесь – редкость. Так было столетия назад – во времена русских мореходов и охотников, обживавших эти места, так остается и поныне. Но если задаться целью, в этот край девственных лесов и непуганых зверей можно попасть на яхте…













Беседовал Сергей Борисов

С Анатолием Михайловичем Карачинским мы встречались год назад – сразу после его возвращения из Гренландии. И тогда же, поинтересовавшись дальнейшими планами, услышали: «Северная Земля». Но что-то пошло не так… Что?

– Северная Земля по-прежнему на повестке дня, только ей придется немного меня подождать. После Гренландии, а это места суровые, даже мрачные, хотелось оказаться в краях, где все наоборот, где не выживают, а живут. Аляска тоже была в моих планах, и все, что я слышал, что знал об этих местах, подтверждало – это именно то, что надо. Тем более нам повезло найти подходящую лодку. Мы искали ее почти год, и порой казалось, с этой проблемой нам не справиться. Потому что взять большую лодку в чартер там почти невозможно. В отличие от Средиземноморья, там очень мало людей, которые занимаются чартерным бизнесом. Арендовать небольшую лодку еще можно, но на ней далеко не уйдешь, а большую для дальнего плавания – нет. В принципе. Поэтому я и говорю – нам повезло, и советую всем, кто захочет повторить наш путь, перво-наперво озаботиться поисками подходящей яхты. При этом не так важно, будет ли она из дерева, пластика или алюминиевая, как наша «Kaori».

– А как же айсберги?

– Там их нет. В том, классическом понимании. Даже рядом с ледниками температура воды 16–18 градусов. Льдины, падающие в воду, быстро тают, и на расстоянии мили от ледника их уже почти не встретишь. Конечно, нужен впередсмотрящий, потому что льдины уходят под воду и в столкновении с ними ничего хорошего нет. Но ледокол там точно не нужен, при нас к леднику подошли ребята на «бенетушке», и они тоже ничем не рисковали. Куда большую опасность представляют плавающие бревна. Леса – богатство Канады, по рекам идет сплав, бревна выносит в океан, так что надо глядеть в оба. Именно по этой причине там не рекомендуется ходить на яхтах по ночам. А у нас и необходимости такой не было. Нас интересовали береговые красоты, поэтому мы совершали переход в несколько часов, миль на 50, и вставали на якорь. Благо в якорных стоянках там дефицита нет, в шхерах остановиться можно чуть ли не везде, и глубины подходящие – 10–15 метров.

– Вообще навигация на вашем маршруте была сложная?

– Не очень. На большей его части, где проходят круизные лайнеры, даже была мобильная связь, что уж говорить о GPS. Мелей почти нет, а глубины такие, что с нашей осадкой в 4,5 метра мы почти везде могли подойти к самому берегу. Плюс к тому великолепные карты, на которых отмечены и якорные стоянки. О чем важно помнить, так это о приливах и отливах. Вода гуляет на 7–8 метров, а в шхерах есть места, которые можно проходить только при высокой воде. Но и о них вас всегда предупредит «Навионикс». Что до ветра, то в шхерах с ним понятные проблемы, а в море летом ураганов не бывает. Я говорю о лете, потому что мы хотели оказаться в тех местах в идеальное время. Если в Гренландии «оптимальными» можно считать только две недели, то для путешествия по Британской Колумбии и Аляске – это месяц, с 15 июля по 15 августа. Конечно, ходить можно и раньше, и позже, но именно в эти дни там тихо и тепло, а в Канаде было даже жарко, до 25 градусов. Шоколадная погода! По мере того как мы приближались к Аляске, становилось прохладнее, но 18–20 градусов – температура тоже вполне комфортная. Что нас не беспокоило, так это инфраструктура. Нет вопросов ни с пресной водой, ни с продуктами, ни с заправкой топливом, все это доступно с интервалом максимум в два дня хода. При этом марин там нет, вообще.

– Тщательное планирование – и получилось все именно так, как хотелось?

– Мы получили больше, чем ожидали. Мы столько всего увидели, что, кажется, шли не 21 день, а много-много дольше. Я ведь был в тех местах, но только в районе нашего старта, у Ванкувера, и на моторном катере, и всего неделю. Получилось «галопом по Европам». Уже тогда я понял, что здесь надо путешествовать с чувством, с толком, с расстановкой. Что мы и сделали. Вообще на Аляску надо ходить из Канады, посмотрев Британскую Колумбию. Тогда впечатление будет объемным. Они граничат друг с другом, но на Аляске холоднее, и природа там, скажем так, строже. А в Британской Колумбии тепло и влажно, там и зима своеобразная, все больше дожди. Помните Олимпиаду в Ванкувере, какие были сложности со снегом? Зато с дождями все было чересчур хорошо. Из-за этой влажности и благодаря теплу там совершенно невероятные хвойные леса. Зелень буйная, но в ней нет той суровости, что характерна, например, для Скандинавии. Она мягкая и нежная, и этим больше напоминает нашу Сибирь. Огромные сосны, еловые лапы затянуты изумрудным мхом. Жизнь бьет ключом: все что может расти – растет, и на чем можно расти – на том растет. Идешь по лесу, а его прямо распирает. И очень мало людей, которые на эту природу могли бы покуситься. По этой причине и животные людей не боятся. Населенные места кончаются сразу за островом Ванкувер. Он прикрывает собой материк, на котором расположена столица Британской Колумбии. Ширина пролива Джорджия между островом и материком миль 70–80. Здесь не бывает большой волны, но достаточно ветра. В результате – отличные условия для путешествий под парусом. И лодок там предостаточно, много поселков, еще больше отдельно стоящих домов на островах, на берегах шхер, по которым можно идти сутками, уже под мотором, разумеется. А вокруг горы, леса, водопады… Но за остров Ванкувер местные яхтсмены обычно не выходят, просто не видят в том нужды. Тихий океан с его сороковыми широтами – это не подарок, там порой так катавасит, что мама не горюй.

– Но вы все-таки вышли в океан…

Читайте также  Большой Барьерный риф: техника пилотажа

– Да, и под всеми парусами направились к островам Королевы Шарлотты. И прошли удачно, повезло с погодой. Оттуда мы взяли курс на Кичикан, и это уже была Аляска. Потом проливами мы поднимались все дальше на север, пока не дошли до Джуно, и это была конечная точка нашего маршрута.

– На ваш взгляд, каковы «яхтенные перспективы» тех мест?

– Если говорить об окрестностях Ванкувера, там с этим все в порядке, а севернее яхт совсем не встретишь. Мы видели только одну явно чартерную лодку, она шла тем же курсом, что и мы, к Аляске. Было несколько частных яхт. И все. Все-таки погода там большую часть года плаваниям под парусами не благоприятствует. Поэтому сходить и посмотреть что там и как – это «да», места красивейшие, на всю жизнь память, а держать там лодку смысла нет. Так что чартерные компании если и освоят эти места, то очень нескоро. И до тех пор север Британской Колумбии и Аляска будут оставаться для яхтсменов terra incognita.

– И что же дальше, Анатолий Михайлович, возвращение к прежним планам? Северная Земля?

– Придется ей еще немного подождать. Через Атлантику я много раз ходил, теперь хочется через Тихий. Побывать на Галапагоссах, Кокосовых островах, в Полинезии, на острове Пасхи, дойти до Австралии и Новой Зеландии. Надеюсь, в следующем году мое большое путешествие начнется.

О лодке
Лодка у нас была большая – почти 40 метров. Зарегистрирована Kaori на Маршалловых островах. Парусное вооружение – шхуна. Строили ее как экспедиционное судно, предназначенное для дальних плаваний, и бывший ее хозяин ходил на Kaori по всему миру. Поэтому там все в двойном количестве – во избежание любых неожиданностей: две мачты, два руля, два мотора с запасом топлива на 26 тысяч литров… Управлять яхтой можно из рубки, в которой невероятное количество приборов, которые опять же все задублированы. На палубу можно вообще не выходить, работа с парусами автоматизирована. Хотя нельзя сказать, что лодка создавалась исключительно для северных походов. На ней и в тропиках комфортно, все необходимое, включая кондиционеры, для этого имеются. В общем, лодка нам досталась потрясающая – и с замечательным экипажем. Их было семеро: капитан, первый помощник капитана, механик, матрос, кок и две стюардессы. В таком составе они дважды ходили вокруг света, а наш капитан много раз бывал на Аляске. Так что беспокоиться нам было не о чем.

Безопасность
Капитан у нас был опытный и строгий. Сказал: надо пройти за занятия по технике безопасности – значит, надо выполнять. Выдали костюмы – специальные, теплые, рассчитанные на пребывание в холодной воде. Оказавшись за бортом, они надуваются, и ты можешь спокойно ждать, когда тебя подберут. Мы в эти костюмы облачились и выглядели в них, надо полагать, довольно нелепо. Еще с нашей лодкой постоянно связывалась береговая охрана – просто интересовались, все ли у нас в порядке. Спрашивали: «Все в порядке?» Мы отвечали: «Да, все в порядке». Такое внимание нисколько не раздражало. Так и должно быть. И о медведях… Вот комаров, гнуса всякого в тех местах нет, совсем нет, зато медведей хватает. А медведь – это серьезно. Поэтому нужно быть предусмотрительным, осторожным, смотреть в оба и иметь при себе баллончик с перцовым газом. Такие баллончики в тех местах везде продаются, были они и у нас. Правда, пользоваться ими нам не пришлось, но это и к лучшему.

Киты, косатки
Есть там места, где живут киты. Сначала мы увидели двух… Он и она уединились, видно, намереваясь заняться чем-то глубоко личным, а тут мы на яхте. И вот они плывут вдоль берега, фонтаны выбрасывают и никак понять не могут, когда же мы от них отстанем. Ну, мы и отстали, но не раньше чем эту сладкую парочку сфотографировали. Потом мы оказались в местах, которое там называют Море китов. Их там не два, три, четыре кита, а сто, двести, триста, даже не поймешь, сколько их там. Они там хозяева, мы – гости, поэтому они нас нисколько не боятся. Когда кит длиной метров 25 плывет рядом с яхтой, это то еще зрелище. Темная туша и белые изогнутые плавники… Потрясающе! А вот кого киты опасаются, так это косаток. Схватку этих исполинов нам довелось увидеть, хотя и издалека. При нападении косаток горбач выпрыгивает из воды и всей своей массой в 30 или 40 тонн падает на них, стараясь оглушить. И вода вверх до самого неба, ну прямо атомный взрыв.

Медведи
Мы хотели увидеть медведей, и знали, что их увидим. У нас была карта и листовка-инструкция, что и как нам нужно делать. На «рибе» мы отправились вверх по бурной реке, по которой на нерест шел лосось. Потом выбрались на берег, и ухоженная сотрудниками канадской Службы лесов тропа привела нас на специальную площадку над рекой. Медведи были на другой стороне реки. До них было метров двадцать. Несколько часов – потрясающий спектакль! – мы смотрели, как они ловят рыбу. Происходит это так. Медведь сидит в ледяной воде на краю стремнины и ждет. Когда рыба проплывает мимо него, он пытается схватить ее. И чем старшее медведь, тем ловчее у него это получается. Одному молодому медведю это никак не удавалось, мы ему даже посочувствовали. Но поймать мало – рыбу надо еще и удержать, поэтому медведи стараются ухватить рыбу ближе к хвосту. Лососи здоровенные, начинают биться, и хвостами медведю по морде со страшной силой раз-раз! Медведь пытается ее удержать лапами, начинает двигаться к берегу, а ему неудобно, лапы-то заняты. Но если удержал, начинается трапеза, причем едят они лосося не целиком, а как-то выборочно. И снова в реку за новой порцией. Но иногда молодым медведям приходится с этим обождать – это если в реке вожак. Тогда они оставались на берегу и смотрели, как он ловит. Такая вот иерархия и почитание. Их там было несколько, медведей, а где-то вдали по бережку гуляла медведица с медвежонком.

Рыба
Местные жители нам рассказали, как правильно ловить рыбу. Поэтому мы купили бубен, шаманский костюм и устроили ритуальные пляски. И только после этого приступили… И тут же поймали палутса! Конечно, рыбы там столько, что, наверное, мы ее все равно бы поймали, но не знаю, не знаю. С бубном все-таки надежнее.

Орлы и беркуты
В первые дни мы видели очень много белоголовых орлов. Очень красивые и гордые птицы. Как-то мы увидели одного такого красавца, он сидел на ветке и смотрел на нас. И пристально так смотрел… И не собирался улетать. А вот беркуты позволили приблизиться к себе только метров на 50. Потом сорвались и улетели. Но то беркуты – не орлы.

Острова и люди
Чем ближе к Ванкуверу, тем больше людей, лодок, а островов там везде много, их тысячи, хотя кажется, что миллионы. Большие, маленькие, совсем крошечные. На удивление много песчаных пляжей, но особо не покупаешься – вода холодная. При этом в Британской Колумбии довольно много подводных горячих источников, там даже есть место, где температура воды 24 градуса. На островах много домов и домиков. До местные «дачники» добираются либо на лодках, и тогда где-нибудь недалеко от дома обязательно есть причал, или на гидросамолетах, которых там великое множество, потому что они не так уж дороги, а потому что действительно просто и быстро. Что и требуется.

Тюлени
Мы шли между двумя островами, и вдруг берег одного из островов зашевелился… Оказалось – это лежбище тюленей. Их там было от трехсот до четырехсот. Мы на «рибе» пошли туда и провели несколько часов в чрезвычайно любопытном окружении. В буквальном смысле слова. Мы-то думали, они сейчас в воду кинутся все скопом, а ничего подобного. Там строжайшая субординация. Есть вожак стада, умудренный жизнью и опытом, у него в подчинении тюлени рангом поменьше, тем над подопечными своей группы надзирают. И вся жизнь по приказу: вожак проревет что-то, подчиненные подхватит, тогда все стадо и придет в движение. Так вот наше приближение оставило вожака равнодушным, и в воду кинулся только молодняк. И давай вокруг нас плавать, не проявляя и намека на агрессию. Тюлени разглядывали нас и, похоже, от души веселились. И были они так близко, метрах в двух-трех от нас, а то и вообще рукой дотянуться можно было. Надеюсь, они свое любопытство удовлетворили, мы-то – точно.

Петербург
Единственный город, в который мы зашли, называется Петербург. Потому и зашли. Не могли не зайти. Это самый большой рыболовецкий порт на Аляске. Тридцать процентов всей рыбы, которую ловят на Аляске, ловят петербуржцы. Ну, что сказать об этом городе… В нем все подчинено морю и рыбе. Ее ловят все – и не только сетями, но и здесь же, рядом с портом, на спиннинг. В порту стоят разных размеров рыболовецкие суда, в основном небольших, среди которых наша яхта смотрелась как настоящий мастодонт. Дома петербуржцы стараются по возможности украшать чем-нибудь ярким и веселым. А еще в Петербурге есть мемориальный комплекс. Он посвящен тем, кто ушел в море и не вернулся. К постаменту со скульптурой спасателя, это символический образ, прикреплены таблички с именами погибших моряков и их судов: фамилия, название, дата…. Такие же таблички на по всему ограждению памятника. Табличек очень много еще и потому, что традиции этой и самому памятнику больше ста лет. А на бакенах рядом Петербургом греются-нежатся тюлени.

Остров Баранова
Мы зашли на остров Баранова. Сове имя он получил от капитана Юрия Лисянского в честь губернатора Русско-американской компании Александра Баранова. Когда-то на этом острове располагалась штаб-квартира русских зверопромышленников, а сейчас… Сейчас воззвание на обветшалой доске призывает сохранить остров Баранова для потомков. И для туристов тоже. На острове есть горячие источники с температурой воды градусов 45. Мы в них искупались, проверили, можно сказать, на себе.

Ледники
Чем ближе к Аляске, тем становилось холоднее. Мы долго шли по шхерам, пока путь нам не преградил ледник. Он был огромным и величественным. Наша немаленькая яхта на его фоне казалась игрушечной. Ледник спускается с гор к океану и там начинает разрушаться, забрасывая залив глыбами льда. Но вода довольно теплая, градусов шестнадцать, лед быстро тает, так что сколько-нибудь серьезных айсбергов не получается. Но это ничего, мы на них в Гренландии насмотрелись.

Озеро
Канадская Служба лесов очень заботится о том, чтобы люди могли свободно путешествовать по ее «владениям». В этом мы лишний раз убедились, когда отправились полюбоваться озером, до которого надо было идти больше двух часов. И речь не только о тропинках и мостиках, облегчающих путь. На озере есть лодка, надо полагать, ее туда забросили на вертолете, и ею можно свободно пользоваться. На берегу небольшие навесы, где можно переночевать. Там же журнал, в котором ты можешь отметиться. Так мы и поступили. А предыдущая запись была сделана за год до нас… Вот как «населены» туристами эти места, и при этом такая забота о путешественниках, такой сервис. И везде таблички, чтобы люди не забывали, кто все это обустроил – Служба лесов.

Ванкувер
Мы стояли в центральной марине Ванкувера, а вокруг упирались в небо стеклянные небоскребы. Есть такое понятие – «ванкуверская архитектура» – это она во всей красе. Сразу по выходу из марины увидели олимпийский комплекс, там в 2010 году горел олимпийский факел. Мимо нас проходили круизные лайнеры; они шли в Анкоридж, это самый популярный здесь маршрут. И как последнее «прощай» – мост через залив. Сто лет назад его построил какой-то предприниматель подарил городу с условием, что если вдруг мост решат перестраивать, то город сделает это на свои средства. А мост трехполосный, его давно пора реконструировать, все мучаются, злятся, а подступиться не решаются. Потому что миллиард нужен, меньше никак. Мы прошли под мостом и взяли курс на север…

Водопады
И в Британской Колумбии, и на Аляске огромное количество водопадов. Некоторые из них высотой метров в 400, в непогоду они теряются в облаках. Некоторые водопады тонкие и изящные, а некоторые могучие и многоводные. Водопады везде, и нет среди них похожих.

Лоцман
Нигде в США такого нет – только на Аляске. Любая лодка, совершающая коммерческий рейс, обязана иметь на борту лоцмана. Это – закон, и закон совсем «свежий», да к тому же еще и хитрый. Принимали его с прицелом на большие суда, на яхты не оглядывались. Но дело в том, что без страховки лодку в чартер вам не взять, а страховку вы получите, если признаете свой рейс коммерческим. При этом если ты идешь на собственной лодке, то лоцман тебе не нужен. Также закон не распространяется на суда под американским флагом. Все остальные подпадают под действие закона. На практике это происходит так. Вы покидаете воды Канады, где таких строгостей и в помине нет, и на границе вас встречают: на самолете прилетает лоцман и поднимается к вам на борт. Услуги лоцмана оплачиваются исходя из 150 долларов в час – при этом не имеет значения, что именно он делает. Вдобавок к этому работать лоцман может только 8 часов. Это официально, насчет сверхурочных приходится договариваться… Люди там все законопослушные, обойти строгие требования не пытаются, однако возможность сэкономить все-таки есть. Когда мы вставали на якорную стоянку и знали, что простоим, скажем, в этом прекрасном заливе, где облака касаются воды, день-два, мы вызывали самолет и отправляли лоцмана восвояси. Это стоило 200 долларов, так что арифметика была в нашу пользу. Перед тем как пойти дальше, мы вызывали лоцмана, и он появлялся на своем маленьком самолете, выныривая из облаков.

Опубликовано в Yacht Russia №12 (70), 2014 г.

Читайте также  Отличная неделя на Балеарах